Региональный научно-практический журнал     № 2-3 (10-11)      2003 

       

 

Есть ли у обвинения процессуальные ограничения?

Сергей МАКАРОВ, проректор Иркутского юридического института Генеральной прокуратуры РФ, кандидат юридических наук

 

Вопросам квалификации преступлений на различных этапах уголовного судопроизводства уделяется немало внимания в юридической литературе. И это не случайно, так как правильная квалификация преступлений имеет исключительно важное значение в плане реализации принципов законности, справедливости, личной ответственности за виновное причинение вреда. Однако, как свидетельствует практика, эти важнейшие положения часто нарушаются на различных стадиях уголовного судопроизводства. Но если изменение уголовно-правовой оценки совершенного деяния на стадии досудебного производства – процесс неизбежный и вполне объяснимый, то изменения квалификации в судебном разбирательстве, в том числе в апелляционной, кассационной и надзорной инстанциях, являются исправлением ранее допущенных ошибок, вызванных неполнотой предварительного расследования, судебного следствия, неправильным применением уголовного закона стороной обвинения и судом.

 

В настоящей статье мы предлагаем обратиться к решению некоторых проблем квалификации преступлений и ее изменения в судебном разбирательстве с помощью общих и специальных правил, разработанных уголовно-правовой наукой и практикой. Для этого необходимо коснуться таких положений уголовного и уголовно-процессуального права, как понятие и основания квалификации преступлений и правила ее изменения в судебном разбирательстве в сочетании с уголовно-процессуальной категорией – "обвинение".

 

В теории уголовного права квалификация преступлений определяется как установление и юридическое закрепление точного соответствия между признаками совершенного деяния и признаками состава преступления, предусмотренного уголовно-правовой нормой.[1] Из определения следует, что оценка общественно опасного деяния человека с позиции уголовного закона осуществляется путем сопоставления (отождествления) признаков фактически совершенного деяния с признаками состава преступления, закрепленного уголовно-правовой нормой.

 

В уголовно-процессуальном законе "квалификация преступления" чаще выражается термином "обвинение". Однако эти понятия не тождественны, хотя и совпадают по содержанию. Обвинение, то есть утверждение о совершении определенным лицом деяния, запрещенного уголовным законом, выдвинутое в установленных уголовно-процессуальным законом порядке и форме (статья 5 УПК РФ), как и квалификация преступлений, включает уголовно-правовую оценку и предполагает применение определенных мер уголовно-правового характера, процессуальные форму и порядок реализации. Именно в силу процессуальных ограничений в судебном разбирательстве возникают ситуации, когда суд не свободен в выборе уголовно-правовой нормы. Вместе с тем судебное решение в части квалификации преступления может существенно отличаться от квалификации, предлагаемой стороной обвинения.

 

Основания квалификации (обвинения). Квалификация преступлений (обвинение) включает два основания: фактическое и юридическое. В уголовном деле фактическое основание отражается в фабуле дела, содержащей указание на совершение определенным лицом уголовно наказуемого общественно опасного деяния, повлекшего указанные в законе последствия либо создавшего реальную угрозу их наступления. Фактическое основание всегда конкретно и относительно, так как отражает случай (событие, факт) реальной действительности и рассматривается в отношении конкретного физического лица. Состав преступления, определенный уголовно-правовой нормой, служит юридическим основанием квалификации преступлений. При квалификации преступлений происходит сопоставление всех и в полном объеме признаков фактического и юридического оснований.

 

Под основанием обвинения в процессуальном аспекте следует понимать наличие достаточных доказательств, указывающих на совершение определенным лицом деяния, содержащего все признаки состава преступления, предусмотренного уголовным законом. Таким образом, каждый из фактических признаков совершенного деяния должен быть доказан как на досудебной стадии, так и в процессе судебного следствия. Недоказанный либо "забытый" признак в квалификации не участвует.

 

Учитывая, что в соответствии со статьей 50 Конституции Российской Федерации и частью 2 статьи 6 УК РФ никто не может нести уголовную ответственность дважды за одно и то же преступление, из приведенных выше положений можно вывести следующее правило: одно фактически совершенное деяние квалифицируется как одно преступление, если выбранный состав преступления в полной мере охватывает объективные признаки фактического основания. Другими словами, одно фактическое основание может быть положено в основу одной квалификации.

 

Так, при квалификации составных (сложных) преступлений не требуют дополнительной квалификации объективные признаки деяния, например, способ воздействия на объект уголовно-правовой охраны, если они предусмотрены в качестве конструктивных элементов основного либо квалифицированного состава преступления. Например, признак "насилие, опасное для жизни или здоровья" в составе разбоя (часть 1 статьи 162 УК РФ) включает и способ действия, и его результат (в том числе реальное причинение легкого либо средней тяжести вреда здоровью), и поэтому дополнительной квалификации по статьям 112, 115 УК РФ не требуется. Признак "незаконное проникновение в жилище" при квалификации хищений также является квалифицирующим признаком составного деяния, например, предусмотренного частью 3 статьи 158 УК РФ, и не требует дополнительной квалификации по статье 139 УК РФ. Аналогично следует учитывать в качестве единого фактическое основание использования подложного документа при обмане как способе мошенничества (статья 159 УК РФ), умышленное уничтожение или повреждение чужого имущества – при незаконном проникновении в жилище, помещение либо иное хранилище (статьи 158, 161, 162 УК РФ).

 

Получение должностным лицом взятки за незаконные действия (бездействие), квалифицированное по части 2 статьи 290 УК РФ, также является составным преступлением и не требует дополнительной оценки незаконных действий взяткополучателя, даже если они подпадают под признаки преступления небольшой или средней тяжести (например, часть 1 статьи 285, часть 1 статьи 286, статья 292 УК РФ). Соответственно и взяткодатель, обвиняемый по части 2 статьи 291 УК РФ по признаку дачи взятки за совершение заведомо незаконных действий (бездействие), не может отвечать еще и за подстрекательство взяткополучателя к совершению преступления небольшой или средней тяжести.

 

В приведенных выше случаях инкриминируемое деяние включает совокупность основных и дополнительных признаков содеянного, чем и определяется общественная опасность деяния в целом.

 

Казалось бы, приведенные правила достаточно ясны. В юридической литературе по этому поводу приводятся разъяснения специалистов уголовного права.[1] Однако это правило выполняется не всегда. Часто допускается двойной учет одного деяния при квалификации преступлений, чему способствуют противоречивые положения уголовного законодательства и небесспорные разъяснения высшей судебной инстанции.

 

Как указывается в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 29 от 27.12.2002 "О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое",[1] квалификация указанных форм хищения по признаку "неоднократно" осуществляется и в тех случаях, когда судимость за ранее совершенные аналогичные преступления не была снята или погашена, при условии, что отсутствуют основания для юридической оценки содеянного по признаку совершения кражи, грабежа или разбоя "лицом, ранее два и более раз судимым за хищение либо вымогательство". В качестве аргументации в данном источнике приводятся положения статьи 16 и примечания 5 к статье 158 УК РФ. Следующим спорным положением указанного постановления является предложение в пунктах 21 и 22 квалифицировать по совокупности преступлений, предусмотренных пунктом "в" части 3 статьи 162 УК РФ и частью 4 статьи 111 (либо пунктом "з" части 2 статьи 105 УК РФ), если в ходе разбойного нападения потерпевшему был причинен тяжкий вред здоровью, что повлекло за собой наступление его смерти по неосторожности (либо совершено убийство, сопряженное с разбоем).

 

Подобные предложения содержатся в постановлении Пленума Верховного Суда РФ № 6 от 10 февраля 2000 г. "О судебной практике по делам о взяточничестве и коммерческом подкупе".[1] Так, в пункте 19 данного постановления говорится, что "взяткополучатель, совершивший в интересах взяткодателя или представляемых им лиц незаконные действия, образующие состав иного преступления, подлежит ответственности по совокупности преступлений – по части второй статьи 290 УК РФ и соответствующей статье УК РФ (злоупотребление должностными полномочиями, незаконное освобождение от уголовной ответственности, фальсификация доказательств и т.п.). В развитие данных предложений достаточно распространена практика квалификации по совокупности преступлений получения взятки должностным лицом за незаконные действия (часть 2 статьи 290 УК РФ) и совершенного за взятку деяния, уже учтенного при квалификации первого преступления.[1] Так, врач-хирург осужден по пункту "б" части 4 статьи 290 и по статье 292 УК РФ за то, что совершал служебные подлоги из корыстных побуждений и неоднократно получал взятки за выдачу фиктивных листков нетрудоспособности.[1]

 

Думается, что приведенные спорные положения уголовного закона и предложения по правоприменению противоречат принципу справедливости, что в конкретной ситуации должно толковаться в пользу подсудимого.

 

Таким образом, преступное деяние и его объективные признаки квалифицируются как одно преступление, если:

 

вменяемые признаки являются обязательным конструктивным признаком основного состава преступления, например, "насилие" (статьи 162, 213 УК РФ), "обман" (статьи 159, 165 УК РФ);

 

вменяемые признаки в совокупности образуют квалифицированный состав преступления, что повышает общественную опасность деяния в целом и влечет более строгую ответственность, например, "незаконное проникновение в жилище", "тяжкие последствия";

 

квалификация базируется на сопоставлении категорий составного преступления и его компонента (например, насилия) с учетом того, что часть (насилие) не может относиться к более тяжкой категории, чем составное деяние в целом.[1]

 

Правильная квалификация преступлений на любой стадии уголовного судопроизводства – непосредственная обязанность правоприменителя, определяемая принципом законности. Приговор суда признается законным, если он основан на правильном применении уголовного закона (статья 297 УПК РФ).

 

На досудебной стадии дознаватель или следователь в пределах своей компетенции вправе безгранично изменять или дополнять обвинение (статья 175 УПК РФ). На последующих стадиях решения прокурора об изменении обвинения по уголовному делу, поступившему с обвинительным заключением (статья 221 УПК РФ), с обвинительным актом (статья 226 УПК РФ), в ходе предварительного слушания (статья 236 УПК РФ), а также решения государственного обвинителя (статья 246 УПК РФ) и суда (статья 252 УПК РФ) уголовно-процессуальный закон связывает с обвинением на стадии предварительного расследования либо с иным предыдущим обвинением.

 

В целях определения оснований и пределов изменения обвинения (квалификации) в судебном разбирательстве необходимо уточнить такие понятия, как содержание, объем, условия, форму, а также формулу и формулировку обвинения. С нашей точки зрения, они могут быть определены следующим образом.

 

Содержание обвинения включает объективные и субъективные признаки деяния, детерминирующие его уголовно-правовую квалификацию. Так, чтобы обвинить лицо в убийстве, необходимо установить, что своими умышленными действиями он причинил смерть другому человеку (часть 1 статьи 105 УК РФ). Эти фактические признаки должны быть доказаны и конкретизированы путем указания на время, место, способ и иные обстоятельства совершенного деяния. Условно фактические признаки преступления можно разделить на две группы: обязательные (например, умышленное причинение смерти – как факт, событие) и факультативные (например, время, место – как информация о факте) признаки преступления. В своей совокупности они предопределяют основания и условия уголовной ответственности. Изменение некоторых факультативных признаков инкриминируемого преступления является не изменением обвинения, а его уточнением в содержании. Уточнение обвинения не влечет изменения квалификации и иных более тяжких последствий для подсудимого. В ходе судебного разбирательства может быть уточнено время, место (адрес), мотив (месть или ревность) совершения убийства, а также некоторые данные о личности потерпевшего или обвиняемого. Уточнение этих обстоятельств не меняет сути содеянного, но способствует конкретизации события преступления и других обстоятельств, подлежащих доказыванию (статья 73 УПК РФ).

 

Объем обвинения – это совокупность инкриминируемых преступлений (основных составов), отягчающих, особо отягчающих либо смягчающих обстоятельств, с которыми закон связывает уголовную ответственность. Так, при вменении кражи (основной состав предусмотрен частью 1 статьи 158 УК РФ), совершенной с незаконным проникновением в жилище (часть 3 статьи 158 УК РФ), в крупном размере (пункт "б" части 4 статьи 158 УК РФ), объем обвинения включает эти три компонента, основным из которых является первый, а два последних – дополнительными. Понятно, что это единое преступление будет квалифицировано лишь по пункту "б" части 4 статьи 158 УК РФ, именно такая формула должна быть отражена в резолютивной части обвинительного приговора. С учетом основных и дополнительных компонентов такое исходное обвинение может быть изменено на обвинение по статьям 139 или 330 УК РФ. Полагаем, что с учетом анализа санкций частей 1 и 3 статьи 158 и части 1 статьи 139 УК РФ такое изменение квалификации в судебном разбирательстве возможно.

 

Формула обвинения – это условное выражение числами и буквами, указывающими на закон, нарушение которого вменяется обвиняемому. Формула обвинения указывается в резолютивной части постановления о привлечении в качестве обвиняемого, обвинительного акта, обвинительного приговора. К примеру, в резолютивной части обвинительного приговора указывается решение суда о признании гражданина П. виновным в совершении преступления, предусмотренного пунктами "а", "е", "и" части 2 статьи 105 УК РФ.

 

Формулировка обвинения – это краткое изложение уголовно-правовых норм, нарушение которых вменяется обвиняемому. В предыдущем примере формулировка будет указывать на то, что гражданин П. совершил убийство, то есть умышленное причинение смерти двум лицам, общеопасным способом из хулиганских побуждений. В ряде случаев формулировка обвинения может выходить за рамки формулы. Например, действия преступника квалифицированы по пункту "б" части 4 статьи 158 УК РФ, а формулировка указывает на совершение кражи, то есть тайного хищения чужого имущества, совершенной группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в жилище, в крупном размере.

 

Обвинение закрепляется в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого, обвинительном заключении, обвинительном акте, обвинительном приговоре и ином уголовно-процессуальном документе.

 

Изменение обвинения в судебном разбирательстве – это изменение объема, содержания, формулировки или формулы обвинения и приведение их в соответствие с обстоятельствами, установленными при исследовании доказательств в судебном разбирательстве. Основанием изменения обвинения является несоответствие предлагаемых формулы и формулировки обвинения фактическим обстоятельствам уголовного дела либо неправильное применение уголовного закона.

 

Условия изменения обвинения в судебном разбирательстве – это требования уголовно-процессуального закона, предъявляемые к производному (новому) обвинению. К ним относятся: доказанность сведений о преступлении лица; отсутствие обстоятельств, препятствующих предъявлению нового обвинения (пункты 4, 5 статьи 27 УПК РФ); соотношение исходного и нового обвинений по тяжести последствий для подсудимого; обеспечение права на защиту подсудимого от нового обвинения (часть 4 статьи 47 УПК РФ) и др.

 

В настоящее время закон не позволяет изменять обвинение на более тяжкое, хотя это и способствовало бы правильному применению уголовного закона. Так, вряд ли возможна переквалификация в суде преступления с части 4 статьи 111 УК РФ на часть 1 статьи 105 УК РФ, даже если на этом настаивает сам подсудимый.

 

Обращаясь к вопросам изменения квалификации (обвинения) в судебном разбирательстве, следует отметить, что им уделяется определенное внимание в теории,[1] но практика остается противоречивой. Как отмечает В.Н. Кудрявцев, основным ограничением при переквалификации преступления в суде является требование о том, чтобы объем нового обвинения составлял лишь часть прежнего обвинения, т.е. статья Особенной части, на которую переквалифицируются действия лица, должна предусматривать такое преступление, состав которого может рассматриваться как часть ранее вмененного лицу преступления, а мера наказания не может быть повышена по сравнению с ранее назначенной.[1]

 

Согласно статье 252 УПК РФ, суд может изменить обвинение по своему усмотрению, если этим не ухудшается положение подсудимого и не нарушается его право на защиту.

 

В пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 1 от 29 апреля 1996 года "О судебном приговоре" отмечается, что суд вправе изменить обвинение и квалифицировать действия подсудимого по другой статье уголовного закона, а равно квалифицировать отдельные эпизоды преступления по статье закона, по которой подсудимому не было предъявлено обвинение, лишь при условии, если действия подсудимого, квалифицируемые по новой статье закона, вменялись ему в вину и не были исключены судьей из обвинительного заключения при назначении судебного заседания, не содержат признаков более тяжкого преступления и существенно не отличаются по фактическим обстоятельствам от обвинения, по которому дело принято к производству суда, а изменение обвинения не ухудшает положения подсудимого и не нарушает его права на защиту.[1] С некоторыми уточнениями приведенные положения применимы и в настоящее время.

 

Правила изменения обвинения государственным обвинителем предложены в части 8 статьи 246 УПК РФ. При этом изменение обвинения и государственным обвинителем, и судом допустимо в пределах фактического и юридического оснований исходного обвинения. Исходным для позиции обвинителя является обвинение, сформулированное в обвинительном заключении, обвинительном акте либо в постановлении судьи (статьи 227, 236 УПК РФ). Исходным для судебного решения является обвинение, предложенное стороной обвинения, а для апелляционной, кассационной и надзорной инстанций – предшествующее судебное решение.

 

Суд не только вправе изменить квалификацию, предложенную государственным обвинителем, на другую – более мягкую, но и обязан квалифицировать деяние подсудимого в пределах предлагаемого обвинения, даже если будет твердо убежден в том, что сторона обвинения в суде необоснованно смягчила обвинение. В случае, когда подсудимый обвиняется по статье 112 УК РФ в умышленном причинении средней тяжести вреда здоровью, а в судебном следствии повторной судебно-медицинской экспертизой установлено, что причиненный вред здоровью является тяжким, осуждение подсудимого возможно только по статье 112 УК РФ, то есть в части фактически совершенного и предъявленного в качестве фактического основания.

 

Рассматривая дело по обвинению подсудимого в краже, суд может заключить, что подсудимый не принимал участия в незаконном изъятии чужого имущества, однако принял участие в приобретении похищенного имущества либо его сбыте, что изложено в фабуле дела. Осуждение в таком случае подсудимого по статье 175 УК РФ будет законным и справедливым, даже если государственный обвинитель настаивал на осуждении по статье 158 УК РФ.

 

На основе исходного обвинения в хищении суд может изменить квалификацию действий подсудимого и осудить его по статьям 167, 139, 165, 166, 330 УК РФ и др. Такая трансформация обвинения вполне правомерна, если формулировка исходного обвинения включала признаки деяния, перешедшие в новое обвинение. Вменение способа преступного посягательства является основанием изменения квалификации мошенничества (статье 159 УК РФ) на обман потребителей (статье 200 УК РФ),[1] разбоя (статья 162 УК РФ) на преступление против личности (статьи 112, 115, 119 УК РФ) либо на обвинение в хулиганстве (статья 213 УК РФ).

 

Квалификация преступлений против жизни или здоровья охватывает физическое либо психическое насилие, а равно последствия такого насилия, что может служить основанием для переквалификации на менее тяжкое насильственное преступление. Обвинение в простом либо квалифицированном убийстве (статья 105 УК РФ) может быть переквалифицировано по статьям 106, 107, 108, 109, 111, 112, 115, 119 УК РФ. Обвинение в покушении на убийство может быть изменено на обвинение в угрозе убийством, если будет установлено, что фактически лицо лишь угрожало оружием и не пыталось свою угрозу осуществить. Обвинение лица в совершении убийства группой лиц может быть изменено на заранее не обещанное укрывательство особо тяжкого преступления (статья 316 УК РФ), если в ходе судебного следствия будет установлено, что подсудимый не участвовал в причинении смерти, но находился на месте преступления и после его окончания оказывал помощь в сокрытии трупа, следов преступления, оружия.

 

Обвинение в совершении преступления, предусмотренного гл. 22 УК РФ, может быть изменено в пределах описанного в исходном обвинении общественно опасного деяния и последствий. В силу бланкетности признаков большинства преступлений в сфере экономической деятельности обвинение в их совершении предполагает указание на нарушение базового законодательства и наступившие последствия. С учетом соотношения признаков некоторых смежных составов преступлений и объемов обвинений считаем возможным изменение обвинения в пределах: статья 186 – статья 159; статья 169 – статья 285; статья 159 – статья 200; статья 171 – статья 171-1, статья 201; статья 195 – статья 201, статья 165; статья 198, статья 199 – статья 165, статья 201, статья 285 УК РФ и др.

 

Квалификация должностных преступлений, как правило, предполагает вменение использования должностным лицом своих служебных полномочий вопреки интересам службы, повлекшего существенное нарушение прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества или государства. С учетом характера и степени причиненного вреда обвинение в должностном преступлении (статьи 285, 286 УК РФ) может быть изменено на обвинение в преступлении против конституционных прав и свобод человека и гражданина (глава 19 УК РФ), против личности (глава 16), против собственности (глава 21 УК РФ), в сфере экономической деятельности (глава 22 УК РФ) и др.

 

Допустимо также изменение квалификации должностного преступления на иное служебное преступление, например, со статей 285 или 286 на статью 201 УК РФ либо со статьи 291 или статью 290 на соответствующую часть статьи 204 УК РФ. Показателен в этом плане следующий пример судебного решения. Органами предварительного расследования гр. Ш. было предъявлено обвинение по пункту "г" части 4 статьи 290 УК РФ в получении "должностным лицом взятки в виде денег, в крупном размере, за совершение незаконного бездействия" – за то, что, работая в должности лесничего районного лесхоза, он выявил незаконную порубку леса и составил по этому факту протокол о лесонарушении, а затем уничтожил этот протокол за вознаграждение. По мнению следователя, гр. Ш. являлся должностным лицом, так как осуществлял организационно-распорядительные функции в межколхозно-совхозном лесхозе, являющемся товариществом с ограниченной ответственностью, то есть в коммерческой организации. Принимая решение по делу, суд признал гр. Ш. лицом, выполняющим управленческие обязанности в коммерческой организации, и осудил его по части 3 статьи 204 УК РФ за коммерческий подкуп.[1] Представляется, что такое решение суда ошибочно, потому что гр. Ш. все же являлся должностным лицом, так как в качестве старшего государственного инспектора по охране леса осуществлял функцию представителя власти, за что и получил вознаграждение. То обстоятельство, что в исходном обвинении не была указана функция представителя власти, не меняет сути и объема обвинения, поскольку исходное обвинение указывало на получение взятки должностным лицом, что соответствует диспозиции части 1 статьи 290 УК РФ, хотя при этом и происходит изменение юридически значимых признаков в составе преступления.

 

Первоначальное обвинение в получении взятки предполагает причинение имущественного ущерба, поскольку такие действия связаны с незаконным присвоением чужого имущества, а также совершение должностным лицом определенных действий (бездействия) в пользу взяткодателя или представляемых им лиц. С учетом исходного обвинения в получении взятки действия подсудимого могут быть переквалифицированы в части причинения имущественного ущерба на статью о преступлении против собственности, например, статья 159 УК РФ.[1] Обвинение в незаконных действиях или бездействии должностного лица за вознаграждение может быть переквалифицировано с части 2 статьи 290 УК РФ на иную статью УК РФ, предусматривающую ответственность за такое незаконное деяние, например, на статьи 285, 292, 293, 327 УК РФ, так как базой для переквалификации служит изначальное обвинение в сложном (составном) преступлении, компоненты которого, по мнению законодателя, могут иметь иную юридическую оценку.

 

Таким образом, изменение обвинения в судебном разбирательстве призвано способствовать законности принимаемых решений и определяется наличием достаточных доказательств, исследованных в судебном разбирательстве, когда все фактические данные и юридические признаки нового обвинения были предметом судебного разбирательства. Оно осуществляется не безгранично, а лишь в объеме фактического и юридического оснований исходного обвинения, определенных формулой и формулировкой обвинения. Изменение обвинения не может ухудшать положение подсудимого, т.е. наказание и иные меры уголовно-правового характера не могут быть усилены путем изменения обвинения, и должно сопровождаться предоставлением дополнительных возможностей стороне защиты от обвинения.